По мнению многих историков, за расказачиванием стоит один человек — Сергей Иванович Сырцов, занимавший должность председателя Донского бюро РКП (б) и руководителя Гражданского управления.

Он был убежден, что ни о каком сотрудничестве с казаками не могло быть и речи. А «аграрная революция на Дону должна состоять в полном разрушении экономического базиса казачества». В общем, казаки были для него как кость в горле. В них он видел непримиримых врагов, от которых нужно было избавиться любой ценой. И если когда-то римский политический деятель Катон Старший все выступления заканчивал одной фразой «Карфаген должен быть разрушен», то Сырцов в докладах в ЦК всякий раз упоминал о необходимости ликвидации казачества.

Вообще, поначалу у большевиков отношение к казакам было неопределенным. И на то было множество причин. Во-первых, казаки представляли реальную силу, будучи профессиональными военными. Во-вторых, они изначально поддерживали царя, участвуя в разгоне выступления рабочих и различных демонстраций. В-третьих, исторически сложилось, что они обладали своей землей, а также пользовались привилегиями. Значит, по логике, их царский режим уж никак не притеснял.

Но как раз из-за того, что казаки являлись профессиональными военными, проблемы с ними, хотя бы на начальном этапе, большевикам были попросту ни к чему.

Сергей Иванович Сырцов

В неопределенности пребывали и сами казаки. После выхода в свет первых большевистских декретов они начали становиться более лояльными к новой власти. Все-таки затяжные войны сделали свое дело — казакам банально хотелось тишины и покоя. А представители молодой страны Советов обещали, что землю у них отбирать не будут. От казаков большевики требовали лишь одного — просто сидеть в стороне и никуда не лезть. Это-то их и подкупило…

Никого не жалко, никого

По сути, именно Михаил Шолохов стал одним из первых писателей, которые рассказали правду о трагедии, происходившей на юге России. В третьей книге «Тихого Дона» он подробно описал события. Более того, автор даже разместил в своем произведении текст печально известного циркулярного письма, где подробно описывалось то, что предназначалось сделать с казаками. А «бонусом» стало описание реальных людей, взявшихся за уничтожение казачества.

Из-за голой правды публикация 3-й книги «Тихого Дона» остановилась. Редакторы боялись и не хотели брать на себя ответственность. Шолохова, понятное дело, такое положение вещей не устраивало. Поэтому он, сначала обратился за помощью к Серафимовичу и Горькому. А когда эта попытка провалилась, писатель «черканул» лично Сталину. И… тот дал добро.

Нашлось место в книге и для красного комиссара Ивана Павловича Малкина, которого звали не иначе как Ванька-зверь. Вот так описал его Шолохов: «…комиссар у них стоит с отрядом, Малкин фамилия. Собирает с хуторов стариков, ведет их в хворост, вынает там из них души, телешит их допрежь и хоронит не велит родным».

Комиссар Иван Павлович Малкин, Ванька-зверь

Кстати, а вот текст циркулярного письма все же в печать не прошел. Об этом документе есть лишь упоминание, как и о Сырцове.

Мириться и терпеть притеснения казаки, конечно, не собирались. Одним из первых стало «Вешенское восстание» — более тридцати тысяч обиженных новой властью вышли против страны Советов.

С ходу подавить восстание под лозунгом «Советы без коммунистов» у большевиков не получилось. Поэтому им пришлось несколько корректировать свои методы. Впрочем, от идеи полного уничтожения казачества власть тогда отказываться не стала.

Не пощадили большевики и Филиппа Миронова — лидера той небольшой группы казаков, которые с самого начала выступили на стороне красных. Миронов призывал прекратить террор, писал Ленину о бесчинствах Троцкого. Но вместо ответа его просто арестовали и быстренько расстреляли.

По стечению обстоятельств больше всего досталось Оренбургскому казачьему войску. На его территории большевики сожгли несколько станиц, вывезли несколько миллионов пудов хлеба, зарезали несколько тысяч лошадей и коров. Оставшиеся населенные пункты насильно выплатили огромную контрибуцию и были обложены непосильными налогами. А все без исключения казаки Оренбурга считались врагами советской власти.

Итог директивы

Точное количество жертв репрессий остается неизвестным. Мнения историков на этот счет сильно разнятся. Одни утверждают, что несколько тысяч, другие говорят о миллионе. Например, Особая следственная комиссия, разбиравшаяся с этим при советской власти, приводит цифру в 5,5 тысяч человек (да и то вину возложили на армию Деникина). Но статистические данные подтверждают другие цифры, ведь в период с 1917 по 1921 годы количество казаков сократилось вдвое.

Еще одна волна насилия накрыла казаков немного позже — в 1930 году. Тогда порядка 300 тысяч человек были депортированы из родных мест и переселены в самые засушливые и малопригодные для жизни районы Ставрополья и степей Средней Азии.

Лишь в 1991 году в России приняли закон «О реабилитации репрессированных народов», к которым относились и казаки.