С 5 декабря 2016 года вступила в силу обновленная доктрина информационной безопасности России. Предыдущая, от 9 сентября 2000 года, просуществовавшая более 15 лет, признана недействительной.

Впервые о внедрении дополнительных мер в области информационной безопасности президент заговорил в 2014 году на фоне обострения отношений между Россией и Западом.

Спустя два года «оттепель» так и не наступила. В конце ноября Европарламент проголосовал за принятие резолюции о противодействии российским СМИ, которые якобы ведут «враждебную пропаганду» против государств Евросоюза. Тогда пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что Москва планирует принять меры по защите отечественных журналистов.

Необходимость создания новой редакции была также признана комиссией Совета безопасности в конце 2015 года из-за возросшего количества хакерских атак со стороны террористических организаций на органы государственной власти и бизнес-структуры.

Советник президента по интернету Герман Клименко рассказал в интервью НСН, что кибербезопасность стала любимой темой всех главных экономических форумов. Развитие современных технологий и сфер их применения привело к тому, что невозможно не учитывать этот фактор в обеспечении безопасности государства.

«Эта доктрина описывает все вызовы, с которыми мы встречаемся, и намечает пути решения», — заявил Клименко.

Информационные войны

Как говорится в новой доктрине, «информационные технологии приобрели глобальный трансграничный характер» и стали неотъемлемой частью жизни. Становится все больше областей применения новых технологий, что порождает новые угрозы, в том числе военного характера. Информационно-психологическое воздействие может применяться как инструмент дестабилизации политической ситуации.

Помимо спецслужб отдельных стран в эту деятельность часто оказываются вовлечены религиозные, этнические и правозащитные организации, говорится в документе.

Среди основных направлений обеспечения информационной безопасности России называются стратегическое сдерживание и предотвращение военных конфликтов, которые могут возникнуть на фоне применения технологий, а также сопротивление информационному воздействию, направленному на подрыв патриотических традиций страны.

Психологический фактор

Отдельно документ отмечает рост в зарубежных СМИ числа материалов, которые содержат «предвзятую оценку государственной политики Российской Федерации». Помимо прочего, в целях подрыва традиционных российских ценностей происходит повышенное информационное воздействие на население страны, особенно на молодежь.

Отдельно доктрина упоминает дискриминацию российских журналистов за границей и препятствование их работе.

Кроме того, уделено внимание террористическим и экстремистским группировкам, которые используют искаженную информацию для разжигания ненависти на религиозной и этнической почве, а также вербовки новых сторонников.

Отечественные разработки

В новом документе упоминается тот факт, что уровень информбезопасности России в области экономики, науки и техники является недостаточным.

Эти сферы все еще находятся в сильной зависимости от зарубежных технологий.

«Существующее в настоящее время распределение между странами ресурсов, необходимых для обеспечения безопасного и устойчивого функционирования сети «Интернет», не позволяет реализовать совместное справедливое, основанное на принципах доверия управление ими», — говорится в документе.

Также отмечается невозможность формирования системы международной информационной безопасности из-за отсутствия соответствующей нормативно-правовой базы.

Обновленный документ предлагает свести до минимума риск возможных угроз, связанных с «недостаточным уровнем развития отечественных технологий». В этих целях предлагается развитие кадрового потенциала страны, создание информационных технологий, устойчивых к большинству атак, а также достижение конкурентоспособности российских информационных технологий на международном рынке.

Руководитель департамента информационной безопасности группы компаний Softline Олег Шабуров отметил, что в новой доктрине помимо технологических тем развития большое внимание уделено обеспечению свободы распространения объективной информации.

«Что интересно, подчеркивается необходимость распространения информации в обоих направлениях — как зарубежная доступность информации про происходящее в России, так и защита от дезинформации, поступающей извне в Россию», — говорит эксперт.

В обоих случаях стоит задача защиты от информационных вбросов, способных оказать информационно-психологическое воздействие и вызывать дестабилизацию внутриполитической и социальной ситуации.

Доктрина акцентирует внимание на том, что информационные технологии внедряются без увязки с системами обеспечения безопасности, что недопустимо в условиях постоянного совершенствования средств нападения.

«Но самое важное, что я вижу в доктрине, — это то, что она направлена на формирование устойчивой системы неконфликтных межгосударственных отношений в информационном пространстве, — заключил Шабуров. — Это очень правильный шаг, подтверждающий цивилизованность нашего подхода и желание действительно обеспечить свободу и безопасность граждан».